История одного боя: Охота на «Ночного охотника»

27.03.2019 15:17

Или как сербский дивизион ПВО всего за 12 минут разрушил американскую концепцию воздушной войны.

20 лет назад случилось событие, которое вынесло приговор первому поколению американских самолетов - невидимок. Такого в истории послевоенной американской военной авиации еще не было. Самолеты, которые были при появлении названы "последним достижение техники", оказались на свалке всего через 20 лет с дня начала своей службы.

В американских СМИ постоянно обыгрывается версия, что успех сербских ПВОшников было лишь досадной случайностью. Но как показывает детальный анализ боя, главной причиной успеха сербов стало хорошее знание собственных возможностей, а еще изучение возможностей оружия и тактики противника. 27 марта 1999 года подполковник Джордже Аничич охотился именно за F-117 и сумел выйти из этой схватки победителем.

Чтобы понять, что именно произошло в тот «роковой» для американской авиации день, нужно проследить всю историю создания, успеха и «падения» первого американского самолета-«невидимки» F-117А, на который американское командование в 1980-х возлагало огромные надежды…  

Рождение «невидимки»

Высокая боевая эффективность новейших советских ЗРК, была показана в ходе войны во Вьетнаме и особенно накануне и во время арабо-израильской войны «судного дня». Именно тогда советские ЗРК всего за несколько дней сбили и повредили в общей сложности десятки израильских самолетов, что заставило американское командование всерьез задуматься о создании самолета, способного прорывать эшелонированную воздушную оборону противника и своими ударами полностью ее дезорганизовывать.

Рожденный в этой концепции истребитель-бомбардировщик F-117 «Ночной ястреб» совершил свой первый полет в 1981 году. За свою несуразную форму и очень слабые летные характеристики пилоты прозвали его «летающий утюг».

Аварийность самолета была очень высокой (всего за время недолгой эксплуатации в различных авариях было потеряно 6 из 64 произведенных машин), а потому пилоты его очень не любили. Но все это компенсировалось высокими, как тогда считалось, параметрами незаметности новой машины, которая и должна была полностью оправдать все остальные ее недостатки.

Боевое крещение

В 1988 году первая эскадрилья самолетов F-117 была обрела статус оперативной готовности, а уже в 1991-ом состоялось боевое крещение новой машины.

Во время войны в Персидском заливе F-117 должен был сделать то, ради чего он собственно и создавался – прорвать и уничтожить воздушную оборону противника, поразить его главные РЛС и командные центры войск ПВО и тем самым расчистить дорогу основным ударным силам авиации, следующей за первой волной.

Для проверки этого плана, в начале января 1991 года самолеты F-117 совершали многочисленные полеты вдоль иракской границы, пытаясь выяснить на самом деле они невидимы для иракских РЛС или нет. Эксперименты показали, что все так и есть - противник их не видит и это окончательно убедило американское командование.

В ночь с 16 на 17 января первая волна из 10 F-117 нанесла удары по центрам управления ПВО Ирака, РЛС дальнего обнаружения воздушных целей, дому правительства и узлам связи. Чуть позже вторая волна из 12 F-117 нанесла «контрольные» повторные удары по этим целям, а также по штабу ВВС Ирака, телецентру Багдада и центру спутниковой связи.

В результате действий «Ночных ястребов» в системе ПВО Ирака были пробиты четыре большие «бреши», куда и устремились F/A-18 Hornet, EA-6B и F-4G, которые благодаря удачной идеи имитации массированной воздушной атака при помощи КР и БПЛА добили противорадарными ракетами AGM-88 HARM оставшуюся без центрального управления и наведения иракскую систему противовоздушной обороны.  

Фактически в первый же день войны система ПВО Ирака, как единый рабочий механизм перестала существовать и это полностью подтвердило работу новой американской концепции прорыва. Главным героем того для стал самолет-«невидимка» F-117 без которого американцам «не удалось бы обойтись такими малыми потерями в первый и самый опасный период воздушной войны».

Окрыленное успехами командование ВВС США далее использовало F-117 для нанесения ударов и по тактическим целям (например, для поражения стратегических мостов через Евфрат, которые до этого в течении нескольких дней безуспешно бомбили другие «менее эффективные» самолеты), буквально загоняв при этом пилотов «невидимок» до полного изнеможения.

Казалось, вот оно подтверждение правильности сделанного выбора. Но этот вывод оказался поспешным и уже следующая война для «Ночных ястребов» стала их приговором.

1999 год

Маленькая, но гордая Сербия в 1999 году должна была принять либо условия собственной капитуляции, либо выдержать войну с огромным воздушным флотом стран-НАТО.

Тот год подполковник Джордже Аничич встретил на должности заместителя командира 3-го дивизиона 250-ой бригады ПВО ВС Сербии, вооруженного ЗРК С-125 советского производства.  К тому моменту они считались уже довольно устаревшими системами и очевидно не могли противостоять всей воздушной мощи ВВС стран НАТО. Руководство ВС Сербии прекрасно понимало, что силы более чем неравны, но разговоров о «капитуляции без боя «не было. Наоборот, был разработаны планы обороны, которые и начали приводиться в действие поздно вечером 23 марта 1999 года.

Первым делом нужно было рассредоточить силы и вывести их из под первого удара. Ракетный дивизион Аничича в ночь на 24 марта покинул расположение и начал выдвижение на запасную боевую позицию. Уже не марше комдив получил сообщение, что решение было своевременным потому что только что покинутые позиции подверглись усиленной бомбардировке ВВС НАТО и все оставленные на ней макеты «успешно» были поражены американскими «бандитами» (именно так называли себя летчики F-117).

Дивизиону Аничича была поставлена задача - прикрытие северных «воздушных» подступов к Белграду. Весь день 24 марта шла передислокация и размещение на новом месте. А уже 25-го дивизион начал свою игру в кошки-мышки.  

С учетом подавляющего технического превосходства противника, вести открытую войну с ним было просто безумием. Как показывал опыт недавней иракской войны, это гарантировало бы полное уничтожение максимум в течении первых двух суток боев. Рассчитывать в такой ситуации можно было только на хитрость и смекалку. Нужно было как-то заманить противника в ловушку, лишить его таким образом тактического преимущества и по возможности уничтожить.

Тактический замысел будущего боя Аничича был довольно прост и основывался на опыте советских ракетчиков периода Вьетнамской войны и изучения тактики действия американских «бандитов» во время войны в Персидском заливе.

Было очевидным, что приоритетной целью для американских стервятников в первые дни будут именно сербские системы ПВО, а потому обнаружение их должно сразу же привлечь внимание «Ночных ястребов». Аничич знал, что те должны постоянно барражировать неподалеку в ожидании того мгновения, когда сербские зенитчики не выдержат и включат свои радары.

Именно поэтому рядом с настоящими РЛС на расстоянии нескольких сот метров от них были оборудованы имитаторы. Это было большим риском, но именно этот риск позволял выманить противника и лишить его бдительности.

Сам прием был отработан советскими специалистами еще во Вьетнаме и очень хорошо зарекомендовал себя против американских противорадиолокационных ракет. Но близкое расположение позиций имитатора в случае неточного бомбометания со стороны американцев, подвергала реальную станцию большой угрозе. Но к счастью для сербов именно точность (на которую и рассчитывал Аничич) американцев и не подвела… А еще они не стали отходить от старых шаблонов (за что и поплатились)

Тот роковой бой

Все подготовительные действия были завершены в 20.00 27 марта и в 20.30 началась сербская охота на «Ночного ястреба».

Главный радар П-18 был включен в 20.30 и буквально через несколько минут американские «охотники» (как выяснилось позже в количестве трех F-117) нанесли свой удар. Близкое расположение «имитаторов» и реальных РЛС обманули пилотов, и они посчитали, что их ракеты поразили свои цели. Между тем уже спустя несколько минут повторное включение «чудом выживших» сербских радаров показали на своих экранах едва различимую цель. Как впоследствии вспоминал сам Аничич, захватить «ястреба» и взять его на сопровождение удалось только с третьей попытки и как только это произошло (в 20.42 согласно боевого журнала) две ракеты устремились в небо. Головка самонаведения первой из них смогла удержать цель в режиме захвата и успешно поразила цель, а вторая, к счастью для американского пилота Дейла Зелко прошла мимо цели, что возможно спасло ему жизнь.

Уже в 20.43 РЛС 3-го дивизиона ПВО погасли и личный состав начал готовиться к срочной передислокации, которых в эту войну было целых 22. Причем по расположению дивизиона Аничича американцы выпустили в общей сложности 35 своих ракет и ни разу не смогли поразить реальную цель. Вообще, уникальный для той войны случай, когда дивизион ПВО ВС Сербии, сражаясь в условиях полного доминирования сил противника, одержал две только официально подтвержденных противником победы (чуть позже на счет дивизиона Аничича был записан, сбитый американский F-16), и не потерял при этом ни одной единицы техники и ни одного человека ЛС (вот как надо воевать).  

Но в этой истории есть еще одно очень странное и интересное «белое пятно». Подполковник Аничич утверждает, что его дивизион сбил в той войне и американского стратега-«невидимку» В-2. Подтверждений этому нет, но то, что некий очень неприятный для американцев инцидент имел место быть, говорят некоторые косвенные признаки.

Но это был еще не конец истории

Итак, бой 27 марта стал для американцев полной неожиданностью. Потерю своего F-117 они списали на случайность, а потому использование самолетов невидимок в войне против Югославии продолжилось.

Причем, командование ВВС США решило опробовать в реальной боевой обстановке и новейший стратегический бомбардировщик В-2 (разработанный для прорыва системы ПВО СССР в соответствии с той же концепцией «невидимости», как и F-117).

Кстати, именно он нанес удар по китайскому посольству в 7 мая, вызвавший очень большой дипломатический скандал.

До конца апреля американским «невидимкам» все сходило с рук, но 30 числа на авиабазе Шпандалем приземлился еще один поврежденный F-117. Чуть позже американское военное издание Air Force Monthly (за июль 1999 года) сообщило, что аппарат получил повреждение от огня все того же комплекса С-125. А значит, победа 27 марта была уже не случайностью.

Но самое неприятное событие для американцев произошло в ночь с 19 на 20 мая, когда по словам Аничича его дивизион успешно атаковал американский В-2. Подполковник в отставке до сих пор уверен, что он тогда сбил американца. Прямых улик этому нет, но вот что интересно, начиная с 20 мая все полеты В-2 над Сербией были прекращены, а по окончании боевых действий, когда американцы навязали Сербии «условия честного мира», их специалисты затребовали все данные из боевых журналов 3-го дивизиона 250-ой бригады ПВО по поводу их атак F-117 и … атаки В-2 в ночь на 20 мая…

Послесловие.

Бомбардировки Югославии заставили американцев переосмысливать свою концепцию ведения воздушных войн. Как оказалось, при грамотном применении, даже старые советские комплексы 1960-х годов могут воевать против новейших и «неуязвимых» американских самолетов.

Стало очевидным, что раз С-125 сумел сбить одного невидимку и повредить еще несколько, то более современные российские ЗРК могут успешно с ними воевать, а значит, по мере их распространения по миру боевая эффективность «невидимок» первого поколения будет сведена к нулю.

А потому уже в начале 2000-х было принято решение досрочно сдать на хранение оставшиеся в строю F-117 (более 50 единиц). Таким образом бой 27 марта стал поворотным в истории этого самолета. А по сути – приговором.

Как наградила родина своего героя? После войны подполковник Аникчич был награжден, а затем, чтобы не мозолить глаза начальству (которое он нещадно критиковал и винил в бессмысленных потерях, которые понесли сербские ПВОшники в той войне) понижен в должности и дослуживал оставшиеся до пенсии годы в опале.

Между тем, победоносный комплекс, и останки сбитого из него американского «Ночного ястреба», до сих пор украшают экспозиции Белградского военного музея.  

Юрий Подоляка

Раздел